Что такое нпр в медицине: Презентация «Нервно-психическое развитие детей» по медицине – скачать проект

Содержание

Нервно-психическое развитие детей, перенесших инфекционное поражение центральной нервной системы в неонатальном периоде Текст научной статьи по специальности «Клиническая медицина»

Раздел 2 Педиатрия

бенностей болезниУнферрихта-Лундборга является актуальной проблемой современной неврологии. Цель исследования. Выявить клинические особенности течения болезни Унферрихта-Лундборга по данным Самарского областного противоэпилептического центра. Материалы и методы. В Самарском Областном противоэпидемическом центре в период с 1994г. по 2014г. наблюдалось 6 больных БУЛ. Среди них 3 —лица женского пола и 3 — мужского пола. Возраст дебюта эпилепсии составил 11-12 лет, отмечалось постепенное прогрессирование заболевания с учащением миокло-ний, появлением стато-координаторных нарушений. В подростковом возрасте пациенты наблюдались с диагнозом юношеская миоклоническая эпилепсия, и лишь спустя 5-8 лет был вирифицирован верный диагноз. В 2 случаях наблюдалось тяжелое течение заболевания с быстрым прогрессированием симптоматики и потерей трудоспособности в молодом возрасте, в 1 случае — легкое течение с отсутствием прогрессиро-вания симптомов, в 3 случаях — среднетяжелый вариант течения с умеренным нарастанием симптомов. Интересен семейный случай болезни Унферрихта-Лундборга. Нами наблюдались два пациента — родные брат и сестра. Отмечался одинаковый возраст дебюта эпилепсии, умеренные темпы прогрессирования симптомов с появлением очаговой неврологической симптоматики в течение 6 лет. Наблюдался драматический эффект от терапии вальпроатами в виде значительного урежения приступов. Сестра перенесла стереотаксическую таламотомию на кафедре неврологии и нейрохирургии СамГМУ, в настоящее время получает вальпроаты и бриварацетам (в рамках клинического исследования). Проживает с матерью, возраст пациентки — 54 года. Ее брат умер во время эпилептического статуса, от проведения стереотаксической операции мать пациента отказалась. Заключение. Выделены различные варианты течения болезнь Унферрихта-Лундборга в зависимости от темпов прогрессирования симптоматики. Наиболее характерен среднетяжелый вариант течения заболевания с умеренным нарастанием симптомов.

НЕРВНО-ПСИХИЧЕСКОЕ РАЗВИТИЕ ДЕТЕЙ, ПЕРЕНЕСШИХ ИНФЕКЦИОННОЕ ПОРАЖЕНИЕ ЦЕНТРАЛЬНОЙ НЕРВНОЙ СИСТЕМЫ В НЕОНА-ТАЛЬНОМ ПЕРИОДЕ.

Сергеева О.Н., Миронова Ю.Г, Бибик А.С. ГБОУ ВПО Кемеровская государственная медицинская академия, Минздрава России, г. Кемерово

МБУЗ Детская городская клиническая больница №5 г. Кемерово

Введение. Нервно-психическое развитие ребенка -сложный процесс, в основе которого лежит генетическая программа, которая реализуется в условиях постоянной смены средовых факторов. Инфекционные заболевания нервной системы в неонатальном периоде составляют значительный удельный вес в структуре

заболеваемости и детской смертности, нарушая нормальный ход физического и психического развития, и, приводя к частичной или полной инвалидности. Цель исследования — оценить нервно-психическое развитие (НПР) детей в возрасте 1 месяца, перенесших инфекционное поражение центральной нервной системы (ЦНС) в неонатальном периоде. Материалы и методы. Под наблюдением находились 29 доношенных детей в возрасте 1 месяца, на базе отделения патологии новорожденных МБУЗ ДГКБ № 5 г. Кемерово. Выделены 2 группы детей: 1-я — с инфекционным поражением ЦНС (13 детей (44,8%)) и 2-я — с перинатальным поражением ЦНС гипоксиче-ски-ишемического генеза (ППЦНС) (16 детей (55,2%)). Проанализированы анамнестические, клинические и лабораторно-иструментальные данные. Оценка НПР проведена по методике А.Ю. Панасюка, Л.А. Бударевой. Результаты. В результате исследования в 1-й группе у 2 детей (15,4%) выявлено пограничное снижение коэффициента психического развития (КПР), у 11 детей (84,6%) — грубая задержка НПР. Во 2-й группе нормальный диапазон КПР выявлен у 1 ребенка (6,3%), пограничное снижение КПР — у 10 детей (62,5%), грубая задержка психического развития — у 5 детей (31,2%). КПР в группе детей, перенесших инфекционное поражение ЦНС (30,9±7,38%) статистически ниже, чем в группе детей с ППЦНС (68,44%±3,7) (р=0,0003). В структуре параметров НПР в группе детей, перенесших инфекционное поражение ЦНС задержка НПР проявилась главным образом нарушением речевого развития и индивидуально-социального поведения, тогда как адаптация и грубая моторика страдала менее значительно. Наиболее чувствительными к гипоксическому повреждению оказались также индивидуально-социальное поведение и речь, менее нарушились сферы грубой моторики и адаптации. Заключение. Инфекционные поражения ЦНС, перенесенные в неонатальном периоде, способствуют грубой задержке НПР у детей в возрасте 1 месяца, которая проявляется нарушением всех сфер НПР с преобладанием в отставании речевого развития и индивидуально-социального поведения.

ВЛИЯНИЕ ВЕГЕТАТИВНОЙ ДИСФУНКЦИИ НА КОГНИТИВНУЮ АДАПТАЦИЮ У ДЕТЕЙ ШКОЛЬНОГО ВОЗРАСТА

Степанова Е.Ю., Радаева Т.М., Борисов В.И., Трушина И.А., Береснева Е.Е.

ГБОУ ВПО «Нижегородская государственная медицинская академия» Минздрава России, г. Нижний Новгород

Введение. Когнитивная адаптация в детском возрасте остается одной из наиболее актуальных медико-социальных проблем современной медицины. Дисфункция психоневрологического развития отмечается у 30-56% школьников. Нарушение когнитивной адаптации часто связано с состоянием вегетативной нервной системы, нарушения в ее работе служат диагностической базой

РОССИЙСКИЙ ВЕСТНИКПЕРИНАТОЛОГИИ И ПЕДИАТРИИ, 4, 2015

Персонализированная медицина в педиатрии: перспективы и реалии | #10/11

Все чаще в последнее время в специальной литературе, на конгрессах и конференциях обсуждаются проблемы и причины развития неблагоприятной побочной реакции (НПР) на фоне приема различных лекарственных средств (ЛС) и способы избежать подобного. XX век, а точнее технологии, появившиеся в это время, значительно разнообразили количество и формы выпуска ЛС. Согласно регламенту, каждое оригинальное ЛС обязательно проходит целый ряд исследований, посвященных не только его эффективности, но и безопасности. Многочисленные отчеты содержат данные и о безопасности и переносимости обычных (указанных в инструкции) доз конкретного препарата в различных по численности популяционных выборках. Обязательным является описание переносимости оцениваемого препарата с указанием количества и описания НПР.

На практике же врач имеет дело с индивидуальным больным, т. е. он лечит конкретного пациента, который может достаточно разнообразно реагировать на стандартную лекарственную терапию. Более 75% ЛС разрешено к использованию у детей, но применение их продолжает вызывать интерес у специалистов.

Нeблагоприятные реакции на ЛС стоят на 5-м месте среди причин смертности в США [1]. По данным американской статистики более 2 млн неблагоприятных реакций приводят к госпитализации и более 100 тысяч летальных исходов из-за НПР наблюдается среди госпитализированных пациентов в год. Стоимость лечения неблагоприятных реакций составляет 78–117 биллионов долларов в год, что превышает ежегодную стоимость всех затрат на лечение. В 30% случаев НПР приводят к длительной и стойкой нетрудоспособности или смерти, ежегодно 26 тысяч детей умирают из-за НПР [1]. В Объединенном Королевстве неблагоприятные реакции на прием ЛС составляют 7% среди всех госпитализаций в стационар и в среднем встречаются у 15% (11–22%) госпитализированных пациентов.

У детей, особенно грудного и раннего возраста, повышен риск развития тяжелых НПР на прием ЛС. 11–15% детей госпитализируются в стационары. Этот процент выше среди детей с различными онкологическими заболеваниями. Несмотря на вышеприведенные данные, есть большой недостаток знаний о механизме и причинах развития НПР у детей. Одна из них — становление и дозревание различных систем, в том числе принимающих участие в метаболизме ЛС в организме, поэтому нельзя лечить ребенка как уменьшенную копию взрослого пациента. Самые юные пациенты не могут оценить или точно выразить оценку собственной переносимости ЛС. В ряде случаев отмечается недостаточность «детских» форм выпуска препарата [1, 2].

Вопросы эти актуальны, поэтому в ряде стран (Канада) формируются национальные сети «лекарственной безопасности» [1]. В основу их создания легла гипотеза, что значительную часть серьезных НПР вызывают наследственно детерминированные отличия в генах лекарственного метаболизма. Поэтому определение генетических факторов, вызывающих специфические НПР, и разработка специальных диагностических тестов позволят предотвратить и избежать подобных серьезных НПР, не препятствуя получению (приему) больными ЛС. На сегодняшний день существует несколько способов проспективного клинического генотипирования, причем быстрого (результат в пределах 24 часов). Авторы [1] полагают данный метод (названный фармакогеномикой) перспективным при проведении химио­терапии, изучении потенциальной ото- и кардиотоксичности. Способы достижения цели различны: назначение альтернативного препарата, изменение дозы стандартно назначаемого ЛС, усиление мониторинга за пациентами из групп риска по развитию НПР, превентивные меры (прием антидотов против продуктов обмена ЛС, вызывающих серьезные НПР). Таким образом, новые технологии дадут возможность уточнить причины НПР на генетическом уровне, предотвратить их, снизить затраты на лечение и существенно повысить его безопасность. Фармакогеномика предлагается как один из способов перехода к персонализированной медицине, своего рода прообразу (идеалу) медицины будущего. Данный путь интересен, но пока больше теоретически, так как не доступен широкому кругу врачей, особенно амбулаторного звена. Но на фармацевтическом рынке РФ есть целая группа ЛС, которая практически не вызывает развития НПР и подбирается строго индивидуально. Речь идет о гомеопатических препаратах.

В последние десятилетия ведущие профессиональные медицинские журналы регулярно публикуют статьи о гомеопатии, о ключе к новому пониманию человека и его взаимодействии с окружающей средой и о том, что в сочетании с современными медицинскими технологиями она принесет большую пользу пациентам. Разведения гомеопатических препаратов (высокие, «не материальные») противостоят общепринятым терапевтическим дозам (с макро- и микромолекулами). В результате запускается целый каскад реакций, которые приводят к саморегулированию функций как отдельных органов и систем, так и целостного организма. Поэтому классическим является подбор одного препарата, индивидуального для каждого конкретного больного во всей взаимосвязи его психических и физиологических проявлений. В то же время в практике врачей-гомеопатов использование двух и более простых лекарственных веществ стало обычным. Поочередное или одномоментное их назначение, в сущности, мало чем отличается от назначения комплексного гомеопатического препарата. Комплексные гомеопатические препараты, представленные в настоящее время на фармацевтическом рынке РФ, вне зависимости от места производства, проходят обязательную государственную регистрацию с выдачей номерного регистрационного удостоверения. В отличие от классических гомеопатических препаратов, часто они выпускаются в лекарственных формах, привычных для врачей-аллопатов, и имеют конкретные разовые и/или курсовые дозы.

Показания к применению комплексных гомеопатических препаратов различны, получили широкое распространение они и в педиатрической практике. Высокая эффективность и безопасность делают перспективным использование их в профилактике наиболее распространенной патологии — острой респираторной вирусной инфекции (ОРВИ). В отличие от гриппа, многообразие возбудителей делает невозможным проведение специфической профилактики данной патологии. Особую группу риска составляют дети в организованных детских коллективах, грудного и раннего возраста.

Оценка эффективности и безопасности одного из таких препаратов — Оциллококцинума проводилась неоднократно [3, 4] (рис. 1, 2). В отличие от других препаратов, для профилактики достаточно принимать препарат Оциллококцинум 1 раз в неделю, независимо от возраста. Если же появились симптомы ОРВИ, то в первые сутки болезни препарат принимают 3 раза, а в следующие трое суток — два раза в день (утром и вечером).

Рис. 1. Заболеваемость детей в организованных детских коллективах на фоне проводимых профилактических мероприятий

Рис. 2. Профилактическая эффективность препарата Оциллококцинум у детей грудного и раннего возраста

Многокомпонентность состава делает перспективным использование другого гомеопатического препарата, сиропа Стодаль, в лечении различных видов кашля, в том числе и в ситуациях, когда использование аллопатических ЛС не оказало должного эффекта. Чаще это встречается при терапии хронического кашля, который по данным литературы [5] наблюдается у 7–10% детей. В определенном проценте случаев такие пациенты уже принимали аллопатические противокашлевые препараты. Гомеопатические противокашлевые препараты в течение ряда лет присутствуют на фармацевтическом рынке РФ, но назначение их как стартового средства встречается не так часто, хотя проведено несколько исследований [6, 7], доказывающих их эффективность у разных групп пациентов (рис. 3, 4). Дозировки препарата стандартны (взрослым по 1 столовой ложке, детям до 12 лет по 1 чайной ложке 3–5 раз в день), а вот длительность курса различна. При остром кашле она составляет 5–7 дней, а в случае хронического кашля целесообразно пролонгировать прием препарата до 10–14 дня.

Интерес к гомеопатическому методу лечения растет из года в год. Комплексные гомеопатические препараты помогают более широкому кругу врачей использовать данный метод в своей повседневной деятельности.

Рис. 3. Эффективность препарата Стодаль в терапии острого кашля у детей

Рис. 4. Эффективность препарата Стодаль в терапии хронического кашля у детей

Литература

  1. Hayden M. R. Pharmacogenomics // Acta Paediatrica. Abstracts from II Excelence in Paediatrics conference. 2010, 2–4, 12, p. 21. London, UK.
  2. Napoleone E., Mele G. Medicines for children: the proactive approach of the FIMP-MCRN // Acta Paediatrica. Abstracts from II Excelence in Paediatrics conference. 2010, 2–4, 12, p. 113. London, UK.
  3. Селькова Е. П., Волчецкий А. П., Богомильский М. Р., Радциг Е. Ю., Лапицкая А. С. Влияние Оциллокоцинума на интерферонообразование у часто болеющих детей // Педиатрия. Consilium medicum. 2009, № 4, с. 3–7.
  4. Самсыгина Г. А., Казюкова Т. В., Радциг Е. Ю., Богомильский М. Р. Профилактика и терапия острых респираторных заболеваний с использованием гомеопатических средств // Педиатрия. 2008, т. 87, № 5, с. 24–28.
  5. Sczdding G. Interactions between upper and lower airway // Acta Paediatrica. Abstracts from II Excelence in Paediatrics conference. 2010, 2–4, 12, p. 36. London, UK.
  6. Селькова Е. П, Гренкова Т. А. Эффективность комплексных гомеопатических препаратов в период сезонного всплеска заболеваемости // Педиатрия. Consilium medicum. 2007, № 2, с. 13–18.
  7. Радциг Е. Ю. Кашель у детей: дифференциальный диагноз и лечение // Педиатрия. Приложение к Consilium medicum. 2010. № 1, с. 20–23.

Е. Ю. Радциг, доктор медицинских наук, профессор

ГБОУ ВПО РНИМУ им. Н. И. Пирогова, Москва

Контактная информация об авторе для переписки: [email protected]

«Не увеличение обязанностей, а расширение возможностей». Как Минздрав объясняет замену НМО на НПР

«Предлагаемый законопроектом подход принципиально расширяет возможности медицинских и фармацевтических работников по осуществлению своего профессионального развития, поскольку такое развитие должно осуществляться путем не только повышения квалификации, но и участия в научных, научно-практических и иных мероприятиях», – считают в министерстве.

 В новой модели термин НМО заменяется на непрерывное профессиональное развитие, это значит, что обучение медицинских работников будет вестись без отрыва от работы, говорят в министерстве: «Медицинские и фармацевтические работники получают возможность участвовать в значительном количестве разноплановых мероприятий в течение всего периода трудовой деятельности в противовес существующему в настоящее время дискретному повышению квалификации, проводимому один раз в пять лет».

Появление нового термина, по словам официального представителя Ассоциации по медицинскому образованию в Европе Залима Балкизова, скорее связано с юридическими тонкостями – сам по себе термин «образование» обязывает участников к определенным условиям, под которые не каждый образовательный модуль подходит. «Глобальные изменения не ожидаются. Это будет все та же система, просто более юридически выверенная», – говорит он.

 Список программ повышения квалификации и перечень мероприятий будут формироваться по решению совета. В него войдут представители научных учреждений, медицинских и фармацевтических организаций, профессиональных НКО и т.д.

 Портал НМО (edu.rosminzdrav.ru) предлагается модернизировать. Здесь появятся персональные рекомендации по обучению того или иного специалиста с учетом особенностей профессиональной деятельности и его индивидуальных особенностей.

 В новой модели роль работодателя в НПР будет четко прописана. Он должен будет обеспечить возможности для повышения квалификации своих сотрудников и направлять их на обучение, несмотря на то что план НПР у каждого медработника будет индивидуальным. В изменениях нет ни слова о поощрении, либо вознаграждении работников, прошедших НПР.

Ранее идея материального стимулирования работников к повышению собственной квалификации была анонсирована в проекте закона о выплате компенсаций сотрудникам, проходящим НМО. Такие поправки предлагалось внести в Трудовой кодекс РФ. Теперь в ответ на запрос Vademecum о возможных выплатах Минздрав назвал эту информацию неактуальной.

 Учебные мероприятия (конференции, семинары, конгрессы) можно будет проходить и за пределами России. Но перечень иностранных мероприятий должен признаваться в РФ и ежегодно устанавливаться министерством. После успешного освоения онлайн-курсов результаты обучения в виде баллов также будут фиксироваться в образовательном портфолио.


Реформа медицинского образования, предполагающая переход от сертификации к аккредитации врачей и к непрерывному медобразованию, описанная в ФЗ №323 «Об основах охраны здоровья граждан», фактически стартовала 1 января 2016 года – сначала только для специальностей «стоматология» и «фармация», а затем и для всех остальных.

Для периодической аккредитации врачей ввели балльную систему. Получить достаточное количество баллов можно только на специально аккредитованных учебных мероприятиях: конгрессах, конференциях, семинарах и мастер-классах.

Ежегодно врач должен набирать 50 часов: из них 36 – в образовательных организациях, 14 – практических. За пять лет надо собрать 250 часов и практическое портфолио, чтобы пройти аккредитацию.


Непрерывное профессиональное развитие (НПР): провайдеры образовательных услуг о новых форматах обучения для врачей

В Украине уже действуют различные курсы для врачей, которые дают возможность получить современные знания и навыки. Теперь за их прохождение будут начисляться баллы, необходимые для аттестации. Рассказываем о некоторых успешных провайдерах, которые предлагают вместо формальной «отсидки часов» актуальную информацию и прогрессивные методики преподавания.

 


 

ЛЕКЦИИ, СЕМИНАРЫ, МАСТЕР-КЛАССЫ И КОНФЕРЕНЦИИ ДЛЯ НЕПРЕРЫВНОГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО РАЗВИТИЯ ВРАЧЕЙ​

Группа компаний «МедЭксперт», по сути, давно способствует непрерывному профессиональному развитию (НПР) врачей: проводит различные учебные и научные мероприятия, в том числе международные.

 

Какие новые форматы они предлагают и какие перспективы видят в новой системе НПР, рассказывает Дана Бахтиярова, генеральный директор Группы компаний «МедЭксперт». Под эгидой Группы компаний «МедЭксперт» в Украине ежегодно проводится около 90 образовательных мероприятий для врачей и фармацевтов. Это лекции, семинары, конференции, симуляционные тренинги и тому подобное. Мероприятия проводятся как в выездном формате, так и в формате телемостов, благодаря чему можно одновременно охватить аудиторию в нескольких регионах и удовлетворить потребность в получении новой информации и ознакомлении с передовым опытом. Наши слушатели – семейные врачи, терапевты, педиатры, акушеры-гинекологи, кардиологи, стоматологи, фармацевты, анестезиологи, хирурги и врачи других специальностей. Для нас уже не столь актуально расширять географию – наши мероприятия проводятся по всей стране. Сейчас основным направлением развития является работа над тематическим расширением и новыми форматами. И в этом нам помогает мониторинг мнения участников мероприятий.

Начиная с этого года, мы запускаем семинары для врачей в новом формате – с акцентом на приобретение и отработку практических навыков в соответствии с требованиями международных протоколов. Новый формат объединяет лекции признанных авторитетов и молодых специалистов, проведение семинаров, мастер-классов, тренингов и др. Отзывы участников очень положительные, поэтому будем двигаться в этом направлении.

Конечно, мы планируем развиваться и изменяться одновременно с изменениями в системе НПР. Однако кое-что думаем оставить неизменным: пока врачи не будут получать достойную, европейского уровня, заработную плату, проходить обучение европейского уровня на большинстве организованных ГК «МедЭксперт» мероприятиях они смогут бесплатно.

 

Главное преимущество новой системы НПР очевидно – это возможность начала провайдерского движения системы НМО/НПР в Украине. Сегодня в Украине существует традиционная система последипломного образования, которая создавалась годами. Однако перспектива привлечения негосударственных провайдеров – гарантия увеличения возможностей профессионального развития для врачей. Без сомнения, мы говорим исключительно о признанных международными аккредитаторами компаниях, которые на законных основаниях могут выдавать слушателям сертификаты с международными кредитами, которые, к сожалению, не были легитимными в Украине до подписания настоящего приказа. Благодаря тому, что ГК «МедЭксперт» уже два года подряд проходит обучение в Аккредитационном совете по непрерывному медицинскому образованию США (ACCME) и сотрудничает с европейским провайдером непрерывного медицинского образования и непрерывного профессионального развития Siyemi learning, участники Международного конгресса «Рациональное использование антибиотиков. Antibiotic resistаnce STOP!», который мы провели в 2018 году, получили сертификаты международного образца с максимальным количеством кредитов. Все мероприятия ГК «МедЭксперт» аккредитованы международными СМЕ-кредитами. Поэтому внедрение новой системы НПР, с одной стороны, предоставляет медикам возможность выбирать, у кого учиться и что изучать, упрощает процесс подтверждения квалификации на международном уровне, а с другой – формирует конкурентное поле среди поставщиков образовательных услуг. Последнее, как и любая конкуренция в любой сфере, неизбежно приведет к повышению уровня качества учебного контента. А от качества образования врача напрямую зависит качество оказания медицинской помощи пациентам.

 

Сегодня появилась надежда на разработку и внедрение единых правил НПР с курсом на международные стандарты.

 

ГК «МедЭксперт» готова присоединиться к этому процессу. Мы не первый год являемся игроками на международном медицинском образовательном поле и накопили большой опыт и знания. Очень хочется приблизить тот момент, когда можно будет говорить о развитой системой НПР, о внедренном и действующем ресурсе с реестром аккредитованных украинских провайдеров и мероприятий, на которых медики смогут получать легитимные международные кредиты и формировать личное портфолио.

 


КУРСЫ ДЛЯ МЕДИКОВ ПО ЕВРОПЕЙСКИМ СТАНДАРТАМ​

 

Всеукраинский совет реанимации и экстренной медицинской помощи организует курсы, призванные повысить уровень знаний и умений по проведению реанимации и оказанию экстренной медицинской помощи, в том числе медиками в лечебно-профилактических учреждениях. Председатель правления Совета Виталий Крилюк, который также является инструктором Европейского совета реанимации, рассказывает, как эти курсы могут быть полезны врачам в организации непрерывного профессионального развития.

 

В системе Европейского совета реанимации есть три направления курсов, касающихся оказания помощи при внезапной остановке кровообращения. Группа курсов по сердечно-легочной реанимации имеет несколько уровней, начиная с базового уровня (Basic life support, BLS) и заканчивая Advance life support (ALS). BLS подходят для всех: и медиков, и немедиков, ALS касается предоставления помощи на раннем госпитальном этапе. Сейчас у нас эти курсы проходят медики всех направлений: и догоспитального этапа, и экстренной медицинской помощи, и врачи стационаров – от терапевтов до анестезиологов.  Читать делее

 

КУРСЫ, КОТОРЫЕ МОЖНО ПРОХОДИТЬ ГДЕ УГОДНО В УДОБНОМ ТЕМПЕ​

 

Центр общественного здоровья МЗ Украины разрабатывает и внедряет онлайн-курсы. Его специалисты принимали участие в совершенствовании новой системы НПР, они сразу включились в доработку проекта приказа № 446, как только он был обнародован для общественного обсуждения. В отделе координации образовательных программ Центра общественного здоровья МЗ Украины рассказали о преимуществах курсов онлайн-обучения и усовершенствования, которые будут введены в ближайшее время.

 

На платформе дистанционного обучения ЦОЗ сейчас доступны 11 курсов. Их тематика соответствует основным направлениям работы Центра: общественное здоровье, борьба с ВИЧ-инфекцией, вирусными гепатитами и туберкулезом, заместительная поддерживающая терапия, организационные аспекты оказания медицинской помощи. Они предназначены, прежде всего, для врачей первичного и вторичного звена, некоторые – для социальных работников или психологов. Среди курсов, которые мы планируем запустить до конца года, есть ориентированные на широкую аудиторию, в том числе на неспециалистов. Читать далее

 

Источник

Непрерывное профессиональное развитие: продолжая учиться и развиваться

Под редакцией Балкизова Залима Замировича

Химион Людмила Викторовна

С ростом и развитием профессионализма врача в течение его карьеры должны меняться и способы его обучения искусству вра­чевания. В связи с неуклонным и быстрым расширением возмож­ностей медицины, возрастанием осведомленности общественности в вопросах здравоохранения для практикующих врачей сейчас, как никогда ранее, становятся важными вопросы дополнительного образования.

Прошли времена обсуждения новых лекарств за обеденным сто­лом, прошло то время, когда врач с восхищением демонстри­ровал коллегам интересный, но часто далекий от обыденности случай. Вместо этого появилось требование структурировать после­дипломное обучение более целенаправленным, подходящим и обусловленным необходимостью образом.

В этой статье рассматриваются некоторые теоретические факты, лежащие в основе перехода от непрерывного медицинского обра­зования (НМО) к непрерывному профессиональному разви­тию (НПР), доказательства эффективности НПР и его связь с оценкой знаний и определением качества работы практикующих врачей.

«Если я видел дальше других, то потому, что стоял на плечах гигантов»

Исаак Ньютон, 1676

Введение

Идея непрерывного профессионального развития (НПР) не нова. Врачи многие годы принимают участие в различных мероприятиях и читают научные журналы. Однако только недавно право врача практиковать с момента сертификации до выхода на пенсию без какойлибо независимой оценки квалификации было поставлено под сомнение. С повышением интереса к теме пригодности отдельных врачей к профессиональной деятельности непрерывное медицинское образование (НМО) оказалось в центре внимания.

В 1998 г. было опубликовано заявление постоянного Британского комитета по последипломному образованию в области медицины и стоматологии (SCOPME,1998), в котором говорилось о том, что НМО больше не отвечает всем образовательным и карьерным потребностям врачей и стоматологов в условиях современной системы здравоохранения. Комитет предложил включить НМО в более широкий контекст НПР. Того же мнения придерживались подобные структуры и в других странах, таким образом, НПР возникло из более ранних понятий непрерывного профессионального образования и НМО (Grant, 1998).

В сущности НПР, с точки зрения образования, более широкое понятие, чем НМО. В нем признается, что врач имеет отношение не только к клинической деятельности, но и к другим областям, например, управлению, обучению, аудиту и исследованиям, и что все эти области необходимо учитывать при планировании профессионального развития отдельного врача. НПР также учитывает изменения потребностей практикующего врача, которые зависят от меняющихся условий. До того как появилось НПР, многие врачи использовали неформальный подход к своему непрерывному образованию. Они посещали различные мероприятия (в основном лекции), которые планировались без учета их индивидуальных профессиональных потребностей. НПР заменило этот не требующий особого напряжения подход на четко построенную систему, которая обеспечивает официальную, регулярную и прежде всего плановую основу для проведения образовательных мероприятий. План профессионального развития — важнейший элемент для процесса НПР. Он позволяет каждому врачу создавать и изменять свой график обучения и основан на теории обучения взрослых.

Как обучаются взрослые

Несмотря на дебаты среди педагогов и методистов (Fry, 2000) об отличиях в обучении взрослых от традиционного обучения и отсутствие фактических доказательств в поддержку этой теории, концепция стилей обучения применяется довольно успешно. 5 принципов, на которых основана концепция стилей обучения (Knowles, 1984):

  • по мере взросления людей их обучение приобретает более самостоятельный характер;
  • предыдущий опыт взрослых людей служит ресурсом и стимулом к учебе;
  • у взрослых появляется готовность и желание учиться, когда они чувствуют, что им нужно узнать что-то полезное для их повседневной и профессиональной жизни;
  • обучение взрослых чаще является проблемно-ориентированным обучением, чем предметным;
  • для взрослых внутренние факторы мотивации сильнее, чем внешнее оценивание, т.е. их обучение становится самонаправляемым.

    Одним словом, причины, которые чаще всего побуждают взрослых к обучению, отличаются от тех, которые мотивируют детей. Если для детей (и студентов) чрезвычайно важным стимулом является оценка, взрослые определяют собственную потребность в знаниях совершенно по-другому. Они предпочитают самонаправляемое, проблемно-ориентированное обучение, а также то, которое имеет значение в данной жизненной ситуации и может быть незамедлительно использовано (Brookfield, 1986).

    Другие важные концепции в обучении взрослых — это обучение, основанное на опыте, и самостоятельное обучение.

    Теоретическая база обучения взрослых основана главным образом на конструктивизме, в который входит обучение, основанное на опыте, и может найти отклик в среде клинических врачей, которым это направление очень близко. Другие теории, связанные с обучением, известны как рационализм (идеализм) и ассоциативизм. Более подробно они описаны в других источниках (Fry, 2000), но кратко эти теории можно охарактеризовать следующим образом:

  • Конструктивизм. Основан на философском учении Канта и далее развит педагогами-теоретиками XX в., среди которых наиболее известны Дж. Брунер и Ж. Пиаже. Конструктивизм опирается на новый практический опыт, формирующийся на основе предыдущих представлений и знаний (структуры). Эта концепция привела к появлению понятия спиральной учебной программы, где знания повторно пересматриваются на более высоком уровне понимания. Она затронула все учебные программы для студентов-медиков как проблемно-ориентированного, так и других видов обучения. Конструктивизм также оказывает влияние на современные представления об экспериментальном обучении и значении рефлексии как части плана профессионального развития.
  • Рационализм (идеализм) был предложен Н. Хомским, он менее популярен, чем конструктивизм. Рационализм основывается на мнении, что существуют заранее установленные инструкции биологического плана. Таким образом, он представляет собой более ступенчатую и директивную модель обучения.
  • Ассоциативизм. Эта концепция также менее распространена, чем конструктивизм. Она опирается на создание учениками ассоциаций между определенными стимулами и ответными действиями. Сторонником этого типа обучения был И.П. Павлов
  • Обучение, основанное на опыте

    Обучение, основанное на опыте, стало приобретать все большую популярность в современной медицинской практике в Великобритании, а также в других странах мира. Это не новая концепция: большинство врачей и специалистов здравоохранения применяют ее, даже не догадываясь об этом! В ее основе лежит представление о том, что все понятия не постоянны, а развиваются. Их можно изменить и улучшить опытным путем, или, соответственно, в клинической практике. Один из хорошо известных примеров этой концепции — аудиторский цикл. Цикличная образовательная модель, опирающаяся на экспериментальный принцип, была разработана Кольбом в 1984 г. Она известна как учебный цикл Кольба и часто упоминается другими педагогами-теоретиками (Fry, 2000).

    Этапы учебного цикла Кольба:

  • учащийся накапливает новый (конкретный) опыт;
  • учащемуся дается время на размышление о накопленном опыте. На этой стадии имеют значение замечания и предложения от других;
  • учащийся формирует, преобразует и обрабатывает (концептуализирует) опыт, чтобы составить собственную точку зрения;
  • выработанная в результате концепция используется для принятия решений, изменения практики и анализа ее последствий.

    В процессе учащийся сталкивается с новыми ситуациями и накапливает новый опыт, который дает начало новому циклу.

    Этот цикл включает рефлексию, обработку, размышление, понимание и применение новых идей. Любой цикличный процесс продолжается постоянно, отсюда и понятие НМО или НПР.

    Хотя ключевыми понятиями в НМО/НПР являются значение рефлексии и рефлексивная практика, связь между профессиональными знаниями и профессиональной компетенцией также представляет большой интерес. Последняя обычно считается показателем минимального стандартного уровня знаний и навыков. Ее определение связано с выполнением одного задания или ряда заданий, однако количество необходимых базовых знаний для этого является предметом споров.

    От НМО к НПР

    В 1994 г. Министерство здравоохранения Великобритании предложило следующее определение НПР (Grant, 1998):

    «непрерывное профессиональное развитие — это- предоставление современных медицинских услуг высокого качества путем обеспечения всем клиницистам возможностей для обучения, поддержания и повышения своих профессиональных компетенций»

    Как было указано ранее, понятие НПР шире понятия НМО, так как отражает многообразие ролей, которые приходится брать на себя современным клиническим врачам. Оно по-прежнему затрагивает улучшение качества медицинской помощи, но еще и преподавание, навыки коммуникации и работы в команде, ознакомление с правовыми вопросами медицинской практики, этическими вопросами, а также знание методов управления и информационных технологий. НПР в большей степени ориентировано на учащегося и подчинено его требованиям, чем НМО. Учащийся может самостоятельно определять и планировать задачи. Участие в НПР, его организация, контроль и оценка качества зависят в большей степени от самого участника, а формальные требования играют скорее вспомогательную роль. НПР включает разные подходы к обучению: — семинары, наставнический стиль обучения, онлайн обучение и традиционные лекции.

    Большинство схем НПР включают накопление кредитов. В Великобритании, как и в других государствах Европейского Союза, за 1 час занятия по программе НПР участник получает 1 кредит. В течение года необходимо набрать около 50 кредитов, таким образом 250 кредитов за 5 лет представляют один полный цикл НПР. Эту систему осуждали в основном за то, что получение кредитов не является гарантией качества. В частности, если присутствие на лекции можно проконтролировать, то не так просто проконтролировать такую более важную с точки зрения образования деятельность, как рефлексия о том, что было изучено и как это применяется на практике. В то же время демонстрация участия врача в официальных образовательных мероприятиях выгодна и для общественности. Хотя проверка клинической деятельности является более надежным способом показать, что все организовано «на должном уровне», в любом случае можно увидеть, участвует ли врач в программе НПР, оценив способность данного врача соответствовать стандартам практики. Более того, составляя план профессионального развития, согласованный с работодателем или представителем работодателя, каждый врач должен быть уверен в том, что его образовательная программа подходит для его деятельности.

    Оказывается ли НПР эффективным? Попытки ответить на этот важный вопрос сталкиваются со сложностями при проектировании эксперимента. Контролируемое рандомизированное исследование, «золотой» стандарт, применяемый для оценки новых лекарств, вряд ли является самым подходящим контрольным инструментом для определения едва заметных изменений в качестве работы отдельных врачей. У каждого врача индивидуальные требования и опыт обучения, поэтому сложно определить соответствующие цели. Проведя обзор литературы, Grant и Stanton (Grant, 1998) нашли 2561 статью на тему НМО и НПР. Из них только 62 касались медицинских работников, 6 относились к оценке отдельных итогов обучения; 3 рассматривали результаты обучения с точки зрения пациентов, но во всех работах делался вывод, что в результате мероприятий по НПР появились заметные улучшения. Grant и Stanton также показали, что из 15 исследований, касающихся итогов обучения, важных для практикующих врачей, 13 свидетельствовали о положительных изменениях в знаниях, поведении и исполнении работы.

    Несмотря на то что их обзор показал, что профессиональное развитие опирается скорее на самоуправляемое обучение, чем на формальные мероприятия, Grant и Stanton посчитали, что в этой области до сих пор осталось место для коротких образовательных мероприятий с элементами наставничества и взаимодействия. Они подчеркивают, что эффективное НПР следует рассматривать скорее как процесс, чем образовательное явление. В исследовании делается вывод, что НПР может включать любые формы обучения (от традиционных и формальных до самых инновационных и неформальных), а также что метод преподавания и обучения не самая важная переменная. Вместо того чтобы размышлять над способами оценки результатов, которые сложно определить, они советуют обратить внимание на характер процесса НПР и управление им. Этот процесс складывается из планирования, выполнения действий и анализа результатов. Авторы рекомендуют задать правильные условия для эффективного НПР и создать его систему и культуру. Необходимо понимать, что планирование и выполнение этой программы обучения должно отвечать требованиям и интересам отдельно взятого человека, службы, коллектива врачей и медицинской организации, будь это больница, университет или органы управления здравоохранением.

    Выводы

    • Термин «непрерывное профессиональное развитие» (НПР) должен заменить использовавшийся ранее — «непрерывное медицинское образование» (НМО).
    • НПР представляет более структурированный подход к последипломному образованию.
    • НПР затрагивает нужды отдельных людей, пациентов и организаций.
    • НПР дает возможность получить реалистичные результаты обучения.
  • Радиопрограмма «Народная аптека»: NPR

    Шоу 1275: порочный круг COVID и диабета

    В настоящее время в мире бушуют как минимум две пандемии. Первый – ожирение. Второе — это, конечно же, COVID-19. Диабет неудобно сидит на их пересечении. В порочном кругу диабет делает заражение COVID-19 более вероятным и опасным.Между тем, COVID-19 может спровоцировать диабет или усугубить его. Новое исследование в журнале Lancet Diabetes & Endocrinology от 21 марта 2020 г. подтверждает связь между COVID и диабетом. Диабет 1 и 2 типа: при наиболее распространенной форме диабета, типе 2, в тканях организма развивается резистентность к инсулину, и в конечном итоге возникают проблемы с использованием глюкозы. При диабете 1 типа бета-клетки поджелудочной железы полностью перестают вырабатывать инсулин. Как следствие, ни одна из клеток организма не может утилизировать глюкозу, если человек не может вводить необходимое количество инсулина через правильные промежутки времени.Обычно мы считаем диабет 2 типа чувствительным к изменениям в окружающей среде, поскольку он тесно связан с ожирением как фактором риска. Однако вирусные инфекции могут спровоцировать диабет 1 типа. Следовательно, пандемия также способствует росту заболеваемости диабетом 1 типа. COVID вызывает диабет: в настоящее время проводятся исследования, показывающие, что вирус, вызывающий COVID-19, также может вызывать диабет 2 типа. Эта связь COVID и диабета станет шоком для многих медицинских работников. В исследовании с использованием данных Департамента по делам ветеранов проанализированы записи 181 000 пациентов, которые лечились от COVID в период с марта 2020 года по сентябрь 2021 года.У тех, у кого были затяжные симптомы через месяц после выздоровления, на 46 процентов больше шансов получить диагноз диабета 2 типа позже. COVID и диабет: сколько может быть затронуто? В этом исследовании абсолютный риск развития диабета 2 типа после COVID составил еще у двух пациентов из 100. Это может показаться не слишком страшным, но если подсчитать, что 80 миллионов американцев заразились SARS-CoV-2 и 477 миллионов человек в мира заразились COVID-19, цифры становятся пугающими. В США COVID может привести к 1 600 000 новых случаев диабета 2 типа.Во всем мире мы могли увидеть 9 540 000 новых случаев. Даже если эти цифры завышены, все же может возникнуть эпидемия диабета 2 типа из-за инфекции COVID. И не все эти пациенты были госпитализированы из-за COVID, поэтому даже люди с легкой и средней степенью тяжести могут подвергаться повышенному риску. Это означает, что многим людям, перенесшим коронавирус, может потребоваться регулярное тестирование и лечение из-за COVID и диабета. Авторы констатируют: «…сахарный диабет следует рассматривать как компонент многогранного длительного COVID.Стратегии послеоперационной помощи людям с COVID-19 также должны включать скрининг и лечение диабета. «Последствия наших выводов очевидны. В постострой фазе заболевания COVID-19 был в значительной степени связан с повышенным риском возникновения диабета. Хотя риски и бремя увеличивались в зависимости от тяжести острой инфекции условия ухода), они были очевидны и нетривиальны среди людей, которые не были госпитализированы по поводу COVID-19 — эта группа представляет большинство людей с COVID-19.Итог по COVID и диабету: люди, выздоровевшие от COVID-19, должны проявлять бдительность в отношении признаков диабета 2 типа. На что следует обращать внимание? Симптомы диабета 2 типа: частые походы в туалет, чтобы помочиться, особенно в ночь Трудно утолить жажду Необычная потеря веса Частые приступы голода Изменения зрения, затуманенное зрение Усталость, вялость, истощение Покалывание или онемение в пальцах, руках или ногах Больше инфекций, чем обычно, язвы, которые не заживают Сухость кожи и/или цвет кожи изменения Последствия диабета: если существует связь между COVID и диабетом, долгосрочные последствия пугают.Последствия сахарного диабета 2 типа: повышенный риск сердечно-сосудистых заболеваний (сердце и головной мозг) повреждение нервов (нейропатия проявляется болью и/или покалыванием) повышенный риск поражения почек изменения зрения, заболевания глаз проблемы со стопами проблемы с мочевым пузырем сексуальная дисфункция кожные инфекции болезнь Альцгеймера, деменция. Порочный круг диабета и воспаления. Люди с диабетом начинают с более высокого уровня воспаления в организме. Когда иммунная система борется с инфекцией, она вырабатывает воспалительные соединения, называемые цитокинами.Это объясняет, почему люди, у которых уже есть высокие уровни этих соединений, могут быть более уязвимы для цитокинового шторма как проявления тяжелой формы COVID-19. Бесспорно, лучшим лечением этого осложнения является системное лечение стероидами. Однако стероиды, особенно в больших дозах, повышают уровень сахара в крови и затрудняют контроль над диабетом. Ожирение, обмен веществ и еще один порочный круг. Обычное объяснение ожирения состоит в том, что люди потребляют больше калорий, чем тратят: они слишком много едят и слишком мало двигаются.Однако эта простая парадигма энергетического баланса в настоящее время подвергается сомнению некоторыми исследователями в области питания. Они предполагают, что качество пищи может быть даже более важным, чем ее количество. В частности, когда люди едят сильно обработанные, быстро перевариваемые продукты с высоким содержанием сахара и рафинированных зерен, их тела реагируют инсулином, который быстро добавляет энергию жировым клеткам и может оставлять другие ткани организма без работы. Как следствие, люди могут чувствовать голод слишком быстро после еды и потреблять больше закусок, продолжая вращаться порочный круг.Наш гость, доктор Митчелл Лазар, описывает, как он советует своим пациентам с диабетом правильно питаться. Кроме того, он превозносит преимущества непрерывного мониторинга уровня глюкозы, помогающего людям точно определить, как их выбор продуктов питания влияет на уровень сахара в крови. Как циркадный ритм влияет на уровень сахара в крови? Когда мы думаем о факторах риска развития сахарного диабета, мы обязательно упомянем метаболический синдром и ожирение. Более того, многие люди признают, что генетика может играть роль. Но как часто мы думаем о сменной работе или других изменениях в нашем распорядке дня? Циркадный ритм может оказывать сильное влияние на обмен веществ, хотя сменным работникам может быть трудно решить эту проблему.Может помочь составление графика приема пищи как можно ближе к «обычному дневному времени». Принятие плана питания с ограничением по времени или прерывистого голодания также может быть полезным. Тем не менее, люди с диабетом должны тесно сотрудничать со своими лечащими врачами, чтобы убедиться, что периодическое голодание не приводит к эпизодам очень низкого уровня сахара в крови. Наконец, доктор Лазар предлагает несколько советов, которые мы все можем использовать, чтобы снизить риск развития диабета. . Гость этой недели: Митчелл Лазар, доктор медицинских наук, профессор Уилларда и Роды Уэр в области диабета и метаболических заболеваний, а также директор Института диабета, ожирения и метаболизма Пенсильванского университета.Это ссылка на его исследовательскую лабораторию: https://www.med.upenn.edu/lazarlab/ Слушайте подкаст: Подкаст этой программы уже доступен. Вы можете транслировать шоу с этого сайта и скачать подкаст бесплатно. Загрузите mp3 Узнайте больше о COVID и диабете: Чтобы узнать больше о других осложнениях длительного COVID, перейдите по этой ссылке. Если вы знаете кого-то, у кого был COVID, сообщите ему, чтобы он обращал внимание на признаки диабета 2 типа. Поскольку в настоящее время существует связь между COVID и диабетом, люди, выздоровевшие от коронавируса, должны быть настороже в отношении признаков и симптомов этого нарушения обмена веществ.Мы хотели бы попросить вас о небольшой услуге. Google сделал практически невозможным поиск наших статей в Интернете. Вот где вы приходите. Если вы считаете наш независимый голос стоящим, пожалуйста, отправьте эту статью друзьям и семье по электронной почте, Twitter или Facebook. Для удобства в верхней части страницы есть значки. Вы также можете предложить своим контактам подписаться на нашу БЕСПЛАТНУЮ электронную рассылку. Когда люди подписываются, они получают расширенные версии наших синдицированных газетных колонок и бесплатный доступ к нашему общественному радио-шоу через наш еженедельный подкаст.Вот ссылка, чтобы помочь людям подписаться. Большое спасибо за поддержку нашей работы.

    Шоу 1275: порочный круг COVID и диабета

    Область медицины, которая хочет знать, где вы живете: уколы

    Независимо от того, живете ли вы в городе или в сельской местности, это может повлиять на ваше здоровье и восприимчивость к болезням. Джейсон Хоукс/Корбис скрыть заголовок

    переключить заголовок Джейсон Хоукс/Корбис

    Независимо от того, живете ли вы в городе или в сельской местности, это может повлиять на ваше здоровье и восприимчивость к болезням.

    Джейсон Хоукс/Корбис

    В 1854 году английский врач по имени Джон Сноу точно определил вспышку холеры в Лондоне из-за одного зараженного водяного насоса.

    Пионер современной эпидемиологии, Сноу использовал информацию о том, где жили больные люди, чтобы сделать вывод, что они пили испорченную воду из этого источника.

    И хотя использование подсказок о местонахождении людей является важным инструментом в общественном здравоохранении, теперь оно настроено на то, чтобы сделать индивидуальное медицинское обслуживание еще более личным .

    «Персонализированная медицина… была приравнена к геномике», — говорит доктор Риши Манчанда, автор книги «Врачи вверх по течению: новаторы в области медицины отслеживают болезни до их источника» и ведущий выступления TED Talk о влиянии окружающей среды на здоровье в августе прошлого года. . «Это неполный взгляд на то, что означает персонализация. Мы не просто порождения наших генов, мы порождения нашего окружения».

    Это кажется очевидным, но врачи традиционно не спрашивают своих пациентов, где они живут, при постановке диагноза.

    Карту мест размещения токсичных отходов можно комбинировать с картами водных путей и городов, чтобы выявить потенциальные риски для здоровья. Билл Дэвенхолл/Эсри скрыть заголовок

    переключить заголовок Билл Дэвенхолл/Эсри

    Карта токсичных отходов может быть объединена с картами водных путей и городов для выявления потенциальных рисков для здоровья.

    Билл Дэвенхолл/Эсри

    Некоторые исследователи и специалисты в области здравоохранения называют использование картирования в здравоохранении «геомедициной», отчасти благодаря выступлению на TED в 2009 году Билла Давенхолла, которого считают отцом этой области. По словам Давенхолла, клинические данные составляют лишь 10% факторов, определяющих здоровье человека.

    Идея о том, что место влияет на здоровье, стара, как Гиппократ, говорит доктор Эстелла Джерати, главный врач Esri, ведущей компании-разработчика программного обеспечения для географических информационных систем.И все же, по ее словам, то, что врачи задают вопросы о том, где живут пациенты, стало большим изменением. «Люди начинают думать: «О, я не подумала о том, как мы могли бы использовать эту информацию», — говорит она.

    Спрашивать — это только начало. Чтобы увидеть тенденции в их здоровье, требуются данные о местоположении многих и многих пациентов. «Я бы сказал, что самым первым и важным моментом было бы наличие в электронных медицинских картах возможности геокодировать адрес пациента, даже если мы просто начнем с текущего адреса», — говорит Герати.

    Результаты могут быть поразительными.

    Работая в небольшой клинике на юге центральной части Лос-Анджелеса, Манчанда работала с исследователями ГИС над геокодированием 54 000 записей о пациентах на основе их домашних адресов. Исследователи наложили карты людей, страдающих астмой или диабетом, на карты данных о государственном жилье, таких как нарушения жилищного кодекса.

    На картах были отмечены горячие точки, где они столкнулись. Астма чаще появлялась в домах, которые, как известно, были заражены плесенью.Диабет возник в районах, где не было доступа к здоровой пище и фермерским рынкам.

    Закон о доступном медицинском обслуживании, по словам Манчанды, помог больницам задуматься о таких вопросах, как геомедицина, предписав клиникам проводить оценку потребностей сообщества в области здравоохранения, которая описывает сообщество, которое они обслуживают.

    И он говорит, что данные могут помочь работникам здравоохранения в местных клиниках принять более эффективные профилактические меры для пациентов.

    Например, данные могут свидетельствовать о том, что врач должен проверять конкретных пациентов на наличие определенных видов рака, если известно, что люди, живущие в аналогичном месте, болели этими видами рака.

    Или врач может сказать пациенту остаться с родственниками после выписки из больницы после сердечного приступа, вместо того, чтобы идти домой возле крупной дороги, где загрязнение может привести к повторной госпитализации.

    Последний пример исходит от Теда Смита, который ищет новые технологические инициативы для правительства метрополитена Луисвилля. Он работает с группой Propeller Health для сбора данных о городских астматиках, в том числе о том, когда и где они используют свои ингаляторы. По его словам, число повторных госпитализаций можно сократить, просто проверив, где кто-то живет.«Оказывается, это может быть даже важнее, чем дать им аспирин», — говорит он.

    Но, как и в случае с профилактической медициной, трудно оценить сумму, которую клиники и больницы могут сэкономить, используя картографическую технологию. Вот почему такие люди, как Эд Хаммонд, исследователь в области медицинской информатики из Университета Дьюка, считают, что она еще не привлекла особого внимания. «Это трудно измерить, это не число, которое звонит на кассе», — говорит он.

    Но с новыми технологиями, такими как Fitbit и приложения для здоровья, отслеживающие людей за пределами клиники, получать данные становится все проще и проще.«Сейчас для геомедицины это что-то вроде Дикого Запада», — говорит Манчанда.

    NPR и ложный выбор альтернативной медицины

    Недавний сегмент на NPR является прекрасным представлением о некоторых вредах, которые может создать продвижение ненаучных методов лечения. Название хорошо описывает проблему: «Чтобы уменьшить боль без опиоидов, штат Орегон ищет альтернативные методы лечения».

    Весь сегмент основан на ложной дихотомии между чрезмерным употреблением опиоидов и недоказанными альтернативными методами лечения.Понятно, что репортеры даже не разговаривали со специалистом по боли, который полагается на научно обоснованные методы лечения, а если и обращались, то специалиста полностью игнорировали, потому что подход SBM не вписывался в повествование отчета.

    Варианты обезболивания без опиоидов

    Проблема, которую решает данный сегмент, реальна – существующие технологии обезболивания ограничены. Я не хочу недооценивать обезболивание, у нас есть множество мощных и эффективных методов лечения.Однако существуют ограничения, и многие пациенты получают неадекватное лечение.

    Острая боль в результате травмы, хирургического вмешательства или болезни обычно не является проблемой. Мы можем дать сильнодействующие лекарства, чтобы остановить боль на короткий срок. Более серьезной проблемой является хроническая боль. Различают также два типа боли: нейропатическую и ноцицептивную. Нейропатическая боль возникает из-за самой нервной системы, например, из-за того, что нерв дает осечку и генерирует болевые сигналы при отсутствии какого-либо повреждения тканей. Ноцицептивная боль включает боль, возникающую вне нервной системы из-за хронической патологии тканей, такой как артрит.

    Нейропатическая боль плохо поддается обезболиванию. Вместо этого его лечат профилактикой невропатической боли, которые представляют собой препараты, которые по существу успокаивают сверхактивный нерв или нейроны с помощью различных механизмов. Эти препараты работают, но не всегда. Некоторые нейропатические болевые синдромы трудно контролировать.

    Ноцицептивная боль реагирует на болеутоляющие средства, которые называются анальгетиками. Однако по определению ноцицептивная боль также имеет тканевую причину, и ее также можно устранить.Если источником боли являются мышцы, то могут помочь массаж, физиотерапия, влажное тепло и миорелаксанты. Если есть воспаление, то подходят противовоспалительные препараты. Если вовлечены суставы, связки и сухожилия, могут помочь мобилизация, фиксация, упражнения и другие вмешательства.

    Однако многие пациенты испытывают хроническую боль, которую трудно контролировать. Варианты амбулаторного лечения хронических заболеваний ограничены. НПВП (нестероидные противовоспалительные препараты, такие как аспирин) являются основой лечения, но могут вызвать расстройство желудка, а в тяжелых случаях даже привести к язве.Они также вызывают нагрузку на почки. Некоторые пациенты не могут принимать НПВП по разным причинам. Есть ацетаминофен, который не действует на желудок и почки, но может воздействовать на печень. Без НПВП варианты быстро становятся ограниченными.

    Существуют специальные лекарства от мигрени (называемые триптанами), но они не работают при других болевых синдромах. Существует множество пластырей и кремов, таких как пластырь с лидокаином, которые могут помочь при локализованной боли. После этого мы, по сути, перешли к препаратам центрального действия, таким как опиоиды и ненаркотический трамадол.

    Опиоиды и боль

    Опиоиды очень эффективны при обезболивании. Они не только уменьшают боль, но и воздействуют на мозг таким образом, что боль не причиняет боли, то есть подавляют негативную эмоциональную реакцию на боль.

    Основная проблема с опиоидами заключается в том, что они вызывают привыкание и толерантность. Толерантность означает, что со временем лекарство становится менее эффективным, вам нужна более высокая доза, чтобы получить тот же эффект. Хуже того, есть доказательства того, что хроническое употребление опиоидов делает пациентов более чувствительными к боли на исходном уровне.Зависимость означает, что хроническое употребление приводит к поведению, связанному с поиском наркотиков, и к негативным симптомам абстиненции — зависимость является как психологической, так и эмоциональной.

    Дилемма для практикующих врачей заключается в том, что опиоиды работают (по крайней мере, в краткосрочной перспективе), и никто не хочет видеть своих пациентов в боли, когда у нас есть эффективное лечение. Пациенты, страдающие от хронической боли, могут стать довольно отчаянными и требовательными. Кроме того, как только они испытают эффект опиоидов, избавятся от отрицательной эмоциональной реакции на боль, они могут стать избалованными для любой другой стратегии контроля боли.

    Ложный выбор

    Вот тут-то и появляются плохие отчеты NPR. Они сообщают:

    Дэвид Эйзен, исполнительный директор Quest Center, «доктор Кин». Дэйв. Он сертифицирован в области традиционной китайской медицины и акупунктуры и говорит, что врачи должны перестать думать об опиоидах как о средстве первой линии защиты от боли.

    «У людей должен быть широкий выбор, — говорит Эйзен, — будь то хиропрактика, натуропатическая помощь, акупунктура, питание, массаж.Попробуйте эти вещи — и если они не сработают, вы используете опиоиды в качестве крайней меры».

    Доктор Дейв представляет ложную дихотомию между использованием опиоидов в качестве первого выбора и использованием альтернативных методов лечения. Есть, конечно, и третий научно обоснованный подход (полностью игнорируемый в данном отчете). На мой взгляд, хороший подход к лечению хронической боли заключается в использовании опиоидов не в качестве лечения первой линии, а в крайнем случае и ограниченным и тщательно контролируемым образом.

    Прежде чем прибегать к опиоидам при хронической боли (опять же, отличая ее от острой сильной боли, а также терминальной боли), практикующий врач должен определить и устранить любую основную причину боли.Это включает лечение любого нейропатического компонента и устранение любых источников боли в мышцах, суставах и мягких тканях. Физиотерапия и все связанные с ней методы часто являются эффективными и научно обоснованными подходами к боли в тканях. Факторы образа жизни, такие как вес, физические упражнения и усугубляющие факторы, также необходимо учитывать.

    Однако в рамках маркетинговой фантастики мира альтернативной медицины основная медицина состоит исключительно из лекарств и хирургии. Они противопоставляют себя вымышленной соломенной версии научной медицины, что и было сделано в отчете NPR, давая слушателям искаженное представление о современной практике обезболивания.Целью этого, конечно же, является отвлечение пациентов на малоэффективные, но дорогие «альтернативные» методы лечения.

    Единственный намек на скептицизм был в последнем абзаце:

    Орегон не нашел неопровержимых доказательств того, что иглоукалывание, йога или манипуляции с позвоночником работают лучше, чем другие варианты. Но, как указывает Тарай, эти альтернативы не связаны с наркотиками.

    То же самое относится и к физиотерапии, упражнениям и изменению образа жизни, которые не являются «альтернативными», несмотря на то, что их часто смешивают с псевдонаучными практиками, чтобы придать легитимность ложной категории «альтернативной» медицины.

    Акупунктура от боли

    Одним из методов, который, пожалуй, наиболее известен с точки зрения альтернативного обезболивания, является иглоукалывание. Настораживает степень, в которой это псевдонаучное лечение проникло в господствующую медицину, и его продвижение полностью основано на неверном направлении.

    Акупунктура заключается в втыкании тонких игл в точки акупунктуры. Предлагаются различные возможные механизмы, ни один из которых не доказан. Традиционное объяснение состоит в том, что иглы изменяют поток «ци» или жизненной энергии.Это чистое донаучное суеверие. Современные защитники пытаются облечь акупунктуру в более научный язык, ссылаясь на более правдоподобные механизмы, но нет ничего, что было бы специфично для акупунктуры или что обязательно приводило бы к практическому контролю боли.

    После тысяч исследований есть несколько вещей, которые мы можем сказать с очень высокой степенью научной уверенности – акупунктурных точек не существует, и в результате не имеет значения, куда вы втыкаете иглы. На самом деле, также не имеет значения, протыкаете ли вы кожу иглами или просто беспорядочно протыкаете кожу бутафорскими иглами или зубочистками.

    Короче говоря, иглоукалывание не работает. Это не более чем сложное плацебо с клинически незначительными результатами. Это медицинский тупик, от которого следует полностью отказаться. Если оказывается, что от манипуляций с тканями или электрической стимуляции есть какая-то частичка реального эффекта, то это ни в коем случае не акупунктура. Иглоукалывание ничего не добавляет к нашему пониманию боли или того, как ее контролировать.

    Иглоукалывание при болях в пояснице, лечение, специально упомянутое в отчете NPR, демонстрирует все проблемы с литературой по акупунктуре.Лучшие контролируемые исследования, такие как исследование зубочисток 2009 года, не показывают никакой разницы между «настоящей» акупунктурой, фиктивной акупунктурой с использованием неправильных точек и плацебо-акупунктурой, в которой даже не используются иглы.

    Систематические обзоры часто блеклые, они пытаются представить данные в положительном свете, но они часто выдают игру. Последний систематический обзор заключает:

    Систематические обзоры разного качества показали, что иглоукалывание, используемое либо изолированно, либо в качестве дополнения к традиционной терапии, обеспечивает кратковременное улучшение боли и улучшение функции при хронической БНС.Необходимы дополнительные усилия для повышения как внутренней, так и внешней достоверности систематических обзоров и РКИ в этой области.

    Другими словами, есть хорошие исследования и не очень хорошие исследования с противоречивыми результатами. Результаты, по-видимому, присутствуют только при неслепом сравнении или когда ослепление сомнительно, и они, как правило, недолговечны и имеют сомнительную клиническую значимость. Они также часто смешиваются с «электроакупунктурой», мутят воду с помощью электрической стимуляции, которая имеет свой собственный эффект.Эта картина результатов наиболее соответствует фоновому шуму, а не реальному клиническому эффекту. Если так трудно выявить крошечный клинический эффект, возможно, это нереально.

    Вывод: маркетинг и брендинг, а не наука

    Отчет NPR продемонстрировал одну из маркетинговых стратегий для сомнительных, но высокодоходных методов лечения — заклеймить их как «альтернативные», а затем сравнить их с подставным лицом с плохой медицинской практикой.

    Есть много возможностей для этого подхода, потому что медицина сложна и несовершенна.Мы сталкиваемся со многими проблемами, наша научная информация неполна, и есть много состояний, для которых у нас нет эффективных методов лечения или где необходимо учитывать жесткие компромиссы.

    Вместо строгого научного подхода к постепенному совершенствованию наших знаний и медицинской практики мир «альтернативной медицины» предлагает волшебные решения и ложные обещания. Кроме того, они отравляют колодец традиционной медицины, распространяя вводящие в заблуждение негативные стереотипы о своих конкурентах.

     

     

    • Основатель и в настоящее время исполнительный редактор журнала Science-Based Medicine Стивен Новелла, доктор медицины , академический клинический невролог в Школе медицины Йельского университета. Он также является ведущим и продюсером популярного еженедельного научного подкаста The Skeptics’ Guide to the Universe и автором NeuroLogicaBlog, ежедневного блога, в котором освещаются новости и проблемы в области неврологии, а также общие науки, научный скептицизм, философия наука, критическое мышление и пересечение науки со средствами массовой информации и обществом.Доктор Новелла также подготовил два курса вместе с «Большими курсами» и опубликовал книгу о критическом мышлении, которая также называется «Путеводитель скептиков по Вселенной».

      Просмотреть все сообщения

    Медицинский перевод

    NPR | К Интернешнл

    В переводческой отрасли качество имеет значение, и это особенно верно в таких областях, как медицинский перевод, где на карту буквально поставлена ​​жизнь.Сегодня в статье на NPR рассказывается о том, что может произойти, когда медицинский перевод и устный перевод идут наперекосяк.

    Статья начинается с истории Вилли Рамиреса, 18-летнего подростка, который был госпитализирован во Флориде в 1980 году. Рамирес уже был в коме, когда прибыл в больницу, а его семья говорила только по-испански. Из-за ошибки интерпретации больница сначала приписала его системы передозировке наркотиков; к тому времени, когда он получил лечение от кровоизлияния в мозг, которое у него действительно было, уже произошло массивное необратимое повреждение мозга.Он остался парализованным.

    Даже сейчас, более чем три десятилетия спустя, у пациентов в США возникают проблемы с доступом к услугам на других языках, кроме английского. В некоторых штатах, таких как Орегон, есть законы, требующие использования профессиональных переводчиков, но даже в этих штатах пациенты все еще недостаточно обслуживаются.

    Медицинские переводчики с личным присутствием доступны редко, поэтому врачи и пациенты полагаются либо на переводчиков по телефону, либо на англоговорящих членов семьи, часто маленьких детей пациентов.

    Медицинский переводчик Хелен Эби сказала NPR, что использование семьи в качестве переводчика может создать проблемы:

    «Знаете, у вас 10-летний ребенок на приеме у гинеколога, — говорит она. «Это то место, куда вы обычно водите 10-летнего ребенка? Скорее всего, не. Или [у вас будет] ребенок — даже взрослый ребенок — интерпретирует диагноз рака у родителей. Это должно быть очень травматично». И вероятность того, что важные медицинские детали будут неправильно поняты, значительно возрастает.

    В службах телефонного перевода есть переводчики, говорящие на разных языках, но у них есть свои проблемы.Во-первых, переводчики могут быть не обучены переводить в медицинских ситуациях. Кроме того, необходимость пользоваться телефоном создает препятствия для многих пациентов, по словам доктора из Орегона, доктора Анджелы Алдей:

    .

    «Одна проблема, с которой я столкнулся с телефоном-переводчиком, заключается в том, что многие наши пожилые пациенты, кажется, сбиты с толку им. Вы знаете, что некоторые из них плохо слышат, так что это может быть проблемой с телефонным переводчиком. Кроме того, особенно если у пациента слабоумие, использование переводчика по телефону иногда сбивает с толку.Они не знают, что происходит».

    Будем надеяться, что со временем ситуация в Орегоне и США в целом улучшится.

    Хороший медицинский перевод защищает пациентов и организации. Узнайте больше об опыте K International в области медицинских переводов и нашем процессе контроля качества здесь.

    Фото предоставлено: Некоторые права принадлежат phalinn

    .

    Паула Джонсон: когда медицина оставляет женщин позади?

    Мужчины и женщины по-разному переносят некоторые заболевания.Доктор Паула Джонсон говорит, что это вызывает тревогу, потому что большинство методов лечения были разработаны для мужчин, а не для женщин.

    Доктор Паула Джонсон — кардиолог и президент Колледжа Уэллсли. До этого она была исполнительным директором Центра женского здоровья и гендерной биологии Коннорса и руководителем отдела женского здоровья в Brigham and Women’s Hospital. Она была одной из первых в своей области, кто обратил внимание на половые различия в лечении.

    Стенограмма:

    ГАЙ РАЗ, ХОЗЯИН:

    Итак, если Дороти Робертс утверждает, что раса — плохой показатель для попытки понять, как диагностировать пациента, как насчет пола?

    ПОЛА ДЖОНСОН: Все больше и больше приходит осознание того, что существуют определенные расстройства, которые по-разному проявляются у женщин.

    RAZ: Это доктор Паула Джонсон.

    ДЖОНСОН: По образованию я кардиолог и президент колледжа Уэлсли.

    RAZ: И Паула говорит, что есть очень простая причина, по которой мужчины и женщины не всегда переносят болезни одинаково.

    ДЖОНСОН: Мы разные на клеточном уровне. Из-за этого основного биологического различия наши клетки, а затем и наши органы различны. Поэтому, если вы на самом деле не думаете о том факте, что эти половые различия возникают, вы можете пропустить болезнь.

    RAZ: И эта проблема на самом деле начинается с клинических исследований, потому что до 1990-х годов многие из них не включали женщин. И даже сегодня во многих исследованиях, включающих как мужчин, так и женщин, не рассматриваются различия между ними.

    ДЖОНСОН: И в каком-то смысле, если у вас есть женщины и мужчины в исследовании, а затем вы даете среднее значение в качестве результата, это действительно нехорошо для женщин или мужчин, откровенно говоря, потому что это не дает правильного ответа для любой из них.

    RAZ: И неправильный ответ или вообще отсутствие ответа может быть разрушительным.Вот Паула Джонсон на сцене TED.

    (ЗВУК ИЗ ТЕДА РАЗГОВОРА)

    ДЖОНСОН: Некоторые из моих самых замечательных детских воспоминаний связаны с общением с моей бабушкой Мамар. Она любила жизнь. И хотя она работала на заводе, копейки копила и ездила в Европу. И я помню, как корпел с ней над этими фотографиями, а потом танцевал с ней под ее любимую музыку. А потом, когда мне было 8, а ей 60, что-то изменилось. Она больше не работала и не путешествовала. Она больше не танцевала.Моя мать пропускала работу и возила ее к врачам, которые не могли поставить диагноз. И мой отец проводил с ней каждый день, просто чтобы убедиться, что она ест. И к тому времени, когда был поставлен диагноз, она была в глубокой спирали.

    Теперь многие из вас узнают ее симптомы. У моей бабушки была депрессия. Сегодня мы знаем, что женщины на 70 процентов чаще испытывают депрессию в течение жизни по сравнению с мужчинами. И даже при такой высокой распространенности женщинам неправильно диагностируют от 30 до 50 процентов времени.Теперь мы знаем, что женщины чаще испытывают симптомы усталости, нарушения сна, боли и беспокойства по сравнению с мужчинами, и эти симптомы часто игнорируются как симптомы депрессии. И эти половые различия проявляются не только при депрессии, но и при очень многих заболеваниях.

    Сегодня мы знаем, что каждая клетка имеет пол. И это означает, что мужчины и женщины отличаются на клеточном и молекулярном уровнях, от нашего мозга до нашего сердца, наших легких, наших суставов.И мы узнали, что существуют большие различия в том, как женщины и мужчины переносят болезни, но мы не делаем вклад в полное понимание степени этих половых различий. Мы не берем то, чему научились, и регулярно применяем это в клинической практике. Поэтому мы должны задать себе вопрос. Зачем оставлять женское здоровье на волю случая?

    RAZ: Скажем, вы доктор, который действительно искренне хочет решить эту проблему как можно быстрее. Имеются ли сегодня инструменты для правильной диагностики мужчин и женщин в отношении, казалось бы, одних и тех же заболеваний?

    ДЖОНСОН: Это зависит от болезни.Определенные расстройства, да — есть инструменты, которые можно использовать. Вы просто должны думать о них. Есть много возможностей подумать о том, как мы по-разному применяем наши знания к женщинам и мужчинам. Просто подумайте обо всей фармацевтической области.

    Вы знаете, это было около трех или четырех лет назад, когда было обнаружено, что препарат Амбиен оказывает очень существенное различное воздействие на женщин и мужчин. И впервые это привело к тому, что FDA изменило дозу, рекомендуемую дозу для женщин.Они разрезали его пополам. Есть и другие препараты, которые метаболизируются у женщин совсем по-другому, что приводит к другим эффектам.

    RAZ: Но, я имею в виду, есть еще много болезней и методов лечения, которые одинаково воздействуют на мужчин и женщин, верно?

    ДЖОНСОН: Да. И есть абсолютно такие области, где женщины и мужчины реагируют одинаково. Вопрос в том, означает ли аналогично то же самое? И вы не знаете ответа, пока не зададите вопрос и не посмотрите на данные. Проблема в том, что данные есть, но они не обязательно использовались на практике.

    RAZ: Когда мы вернемся, доктор Паула Джонсон расскажет, как мы можем использовать данные для лучшей диагностики и лечения женщин. Сегодня в программе «Лучше становится лучше» идеи о том, как медицина может работать лучше для всех нас. Я Гай Раз, и вы слушаете TED Radio Hour от NPR.

    (ЗВУК МУЗЫКИ)

    RAZ: Это TED Radio Hour от NPR. Я Гай Раз. И в сегодняшнем шоу «Лучше становится лучше» — идеи о медицине, общепринятых представлениях и о том, как много в них меняется — и быстро.И мы только что получили известие от доктора Паулы Джонсон. Несколько лет назад она начала изучать, как мужчины и женщины по-разному переносят болезни. Вот Паула на сцене TED.

    (ЗВУК ИЗ ТЕДА РАЗГОВОРА)

    ДЖОНСОН: Начнем с болезней сердца. Линда — женщина средних лет, которой поставили стент в одну из артерий, идущих к ее сердцу. Когда у нее появились рецидивирующие симптомы, она снова обратилась к врачу. Ее врач сделал золотой стандарт теста — катетеризацию сердца. Блокировок не показывает.Симптомы Линды продолжались. Ей пришлось прекратить работу, и тогда она нашла нас. Когда к нам пришла Линда, мы сделали еще одну катетеризацию сердца. И на этот раз мы нашли зацепки, но нам понадобился еще один тест, чтобы поставить диагноз.

    Итак, мы сделали тест под названием внутрикоронарное УЗИ. Мы использовали звуковые волны, чтобы посмотреть на артерию изнутри. И мы обнаружили, что болезнь Линды не похожа на типичную мужскую болезнь. Бляшка ложится более равномерно, более диффузно по ходу артерии, ее труднее увидеть.Так что для Линды и многих женщин золотой стандарт не был золотым. Теперь Линде повезло — она ​​нас нашла. Мы нашли ее болезнь. Но для слишком многих женщин это не так. У нас есть инструменты. У нас есть технология для постановки диагноза, но слишком часто эти половые различия упускаются из виду.

    (ЗВУК МУЗЫКИ)

    RAZ: Я имею в виду, было бы преувеличением сказать, что мужчина, страдающий сердечным заболеванием, и женщина, страдающая сердечным заболеванием, вполне могут страдать совершенно разными заболеваниями?

    ДЖОНСОН: О, я думаю, что это очень хороший вопрос.Итак, еще один факт, который мы знаем сегодня, заключается в том, что если вы посмотрите на артерии женщин и мужчин, перенесших сердечные приступы, то увидите, что на самом деле происходит закупорка артерий. Один через извержение зубного налета — не так ли? — Значит, в артерии есть бляшки, это скопление жира и все такое. И это, знаете ли, трещина происходит. И все липкие белые клетки как бы приближаются к нему. И вызывает немедленную блокировку. ХОРОШО.

    Есть еще один способ, которым это может произойти, называется эрозией зубного налета. И это почти как если бы у вас была бляшка в артерии, и вы трёте её наждачной бумагой, и она становится шероховатой.Ну это же липкая поверхность, и можно получить засор. Теперь то, что вы чаще видите у женщин, у женщин чаще возникает эрозия зубного налета, чем высыпания. И вопрос почему? Так это одна и та же болезнь, когда это происходит? И мы не знаем сегодня. А если не знаем, значит, правильно ли лечим?

    РАЗ: Ага. Итак, мы говорили о половых различиях у людей, но как насчет, знаете ли, животных. Я имею в виду, прав ли я в том, что большинство исследований на животных обычно проводятся с использованием животных мужского пола или вообще не указывают пол?

    ДЖОНСОН: О, абсолютно.Теперь, почему это происходит? Ну так проще, да? Если вам не нужно включать оба пола, это проще, потому что вам не нужно думать о различиях между двумя группами. Это — и это дороже. Это действительно причина не делать этого? Потому что это исследования, на которых мы основываем науку о человеке, исследования человека. Итак, если мы ошибаемся на клеточном уровне и на уровне животных, то мы уже отстаем к тому времени, когда добираемся до человеческого уровня. Это очень серьезная проблема.

    РАЗ: Ага.

    ДЖОНСОН: Как часто в исследованиях стволовых клеток мы обращаем внимание на пол клеток? И тогда возникает следующий вопрос: потенциально, почему мы не увидели некоторых преимуществ, которые, как мы думали, должны были увидеть к этому моменту времени в этой области исследований стволовых клеток?

    (ЗВУК ИЗ ТЕДА РАЗГОВОРА)

    ДЖОНСОН: Теперь позвольте мне поделиться с вами примером того, когда мы рассматриваем половые различия, это может управлять наукой. Несколько лет назад проводилась оценка нового лекарства от рака легких.И когда авторы посмотрели, у кого уменьшились опухоли, они обнаружили, что 82 процента были женщинами. Это привело их к вопросу, ну а почему? И они обнаружили, что генетические мутации, на которые нацелен препарат, гораздо чаще встречаются у женщин. И к чему это привело, так это к более персонализированному подходу к лечению рака легких, который также включает секс. Вот чего мы можем добиться, если не оставляем женское здоровье на волю случая.

    Представьте себе, какого импульса мы могли бы достичь в улучшении здоровья женщин, если бы учитывали, присутствовали ли эти половые различия в самом начале планирования исследования.Здоровье женщин — это вопрос равных прав, столь же важный, как и равная оплата труда. И это так важно не только для нас самих, но и для всех тех, кого мы любим. Наше наследие может состоять в том, чтобы улучшить здоровье женщин для этого и будущих поколений. Спасибо.

    (АПЛОДИСМЕНТЫ) Стенограмма предоставлена ​​NPR, Copyright NPR.

    New York Academy of Medicine

    Renée Montagne из NPR и Nina Martin из ProPublica примут награду на гала-концерте Академии 12 июня

    Нью-Йорк (15 мая 2018 г.) — Нью-Йоркская медицинская академия представит ProPublica и NPR с его первой премией за справедливость в области здравоохранения на ежегодном гала-концерте 12 июня 2018 года на Бродвее Cipriani 25.Учрежденная для признания важности выявления глубоких различий, которые мешают многим людям вести долгую и здоровую жизнь, премия присуждается журналистам, чья работа затрагивает вопросы справедливости, включая структурные и символические барьеры на пути к хорошему здоровью.

    Награда присуждается за совместный сериал ProPublica и NPR «Потерянные матери», в котором исследуется материнская смертность и опасные для жизни осложнения, связанные с беременностью, в Соединенных Штатах. Нина Мартин из ProPublica и Рене Монтань из NPR примут награду от имени команды, стоящей за сериалом, в которую также входят Адриана Галлардо и Энни Уолдман из ProPublica.

    «Академия очень рада наградить ProPublica и NPR первой премией за справедливость в области здравоохранения за их новаторскую серию «Потерянные матери», — сказала президент Академии доктор Джудит А. Салерно, доктор медицины, магистр медицины. «Все мы в Академии пришли к выводу, что этот сериал чрезвычайно трогателен, а также жизненно важен для того, чтобы помочь выдвинуть проблему материнской смертности и ее глубоких различий на передний план общественного сознания».

    «Потерянные матери» стали результатом уникального сотрудничества между ProPublica и NPR и представляют собой экстраординарный мультимедийный сериал, освещающий кризис материнской смертности в США.S. Рассказанный посредством подробных репортажей, а также рассказов семей, потерявших близких, этот трогательный сериал освещает проблему предотвратимой смерти и ошеломляющее неравенство и уровень смертности среди чернокожих женщин. Сериал был удостоен премии Джорджа Полка, премии Пибоди, премии Голдсмита 2018 года за журналистские расследования и премии Совета современных семей, а также стал финалистом Пулитцеровской премии в области пояснительного репортажа.

    Нина Мартин освещает вопросы секса и гендера для некоммерческой новостной организации ProPublica.До прихода в ProPublica в 2013 году она занимала должности редактора и репортера в журналах San Francisco , Washington Post , International Herald Tribune и Baltimore Sun . Она была старшим редактором журнала Health и редактором-основателем печатного издания BabyCenter . Она имеет ученые степени Принстона и Северо-Западного университета и живет в Беркли, Калифорния.

    «Мы были польщены и глубоко удовлетворены тем влиянием, которое этот проект оказал за последний год на поставщиков медицинских услуг, исследователей и законодателей.Спасибо за это признание нашей работы», — сказал Мартин.

    Рене Монтань, одна из самых известных имен на общественном радио, является специальным корреспондентом и ведущим новостей NPR. С 2004 по 2016 год Монтань была соведущей программы NPR Morning Edition , самой популярной новостной радиопрограммы в США, которую еженедельно слушают более 14 миллионов человек. Монтань работала со всеми столами NPR News — национальными, зарубежными, научными, художественными и исследовательскими — с тех пор, как она вместе с Робертом Сигелом стала соведущей программы All Things Introduction в 1987 году.Монтань окончила Phi Beta Kappa Калифорнийского университета в Беркли. Ее карьера включает в себя преподавание телепрограмм на факультете журналистики Нью-Йоркского университета (ныне Институт Картера).

    «Какая честь быть первыми получателями этой важной новой премии! Он также чествует тех, кто поделился своими историями о потерянных близких и позволил нам обнародовать личную трагедию в надежде избавить других матерей и семьи от невыразимой боли. Спасибо, — сказал Монтань.

    «Помимо запуска этой новой награды, Академия также откроет процесс номинации на 2019 год», — добавил д-р Салерно.

    Заявка на получение Премии за справедливость в области здравоохранения 2019 г. уже открыта. Заявки и номинации принимаются до 31 января 2019 г. Ежегодно премия будет присуждаться журналисту или группе журналистов, которые напишут или подготовят один или больше историй, которые раскрывают и исследуют проблемы справедливости в отношении здоровья с акцентом на различия между группами населения, влияющие на здоровье.Понимая, что здоровье происходит за пределами кабинета врача, подходящие истории должны затрагивать несколько детерминант здоровья и их влияние. Применяются дополнительные критерии.

    О Нью-Йоркской медицинской академии

    Нью-Йоркская медицинская академия продвигает решения, способствующие укреплению здоровья и благополучия людей в городах по всему миру.

    Основанная в 1847 году Нью-Йоркская медицинская академия продолжает решать проблемы со здоровьем, с которыми сталкивается город Нью-Йорк и быстрорастущее городское население мира.Мы достигаем этого через наш Институт городского здоровья, центр междисциплинарных исследований, оценок, политики и программных инициатив; наша историческая медицинская библиотека мирового класса и ее публичные программы по истории, гуманитарным наукам и искусству; и наша программа Fellows, сеть из более чем 2000 экспертов, избранных их коллегами из разных профессий, влияющих на здоровье. Нашими текущими приоритетами являются здоровое старение, профилактика заболеваний и устранение различий в состоянии здоровья. Для получения более подробной информации, посетите WWW.nyam.org.

    NPR: 1 из 5 пациентов получает неожиданный счет за лечение после операции

    Каждый день миллионы американцев продолжают получать неожиданные счета за медицинские услуги от частных инвестиционных компаний и поставщиков услуг, не входящих в сеть, которые могут потребовать пустой чек за свои услуги. Проблема становится особенно вопиющей, когда пациенты проявляют должную осмотрительность, чтобы изучить статус сети своих поставщиков, больниц и команды по уходу, но узнают только после того, как специалист участвовал в их лечении и хирургической процедуре.Недавний отчет исследователей из Мичиганского университета, опубликованный в JAMA, показал, что более 20 процентов пациентов получали плату за услуги вне сети, которая в среднем часто превышала 2000 долларов. Основные моменты из освещения NPR — Исследование : 1 из 5 пациентов получает неожиданный медицинский счет после операции —  включены ниже:

    • «Отслеживая данные почти 350 000 пациентов крупной коммерческой страховой компании, исследователи обнаружили, что более 20% были привлечены к оплате вне сети, согласно исследованию, опубликованному во вторник в JAMA.Средний счет был более чем на 2000 долларов больше, чем обычно платит страховка».
    • «Исследование показывает, насколько распространено неожиданное выставление счетов даже в условиях, когда потребители могут иметь иллюзию контроля над тем, что им придется платить. Неожиданные счета являются обычным явлением после неотложной помощи или нехирургического пребывания в больнице, когда пациенты могут быть не в состоянии выбрать поставщиков медицинских услуг, покрываемых их страховкой. (Двадцать процентов госпитализаций из отделений неотложной помощи, вероятно, привели к неожиданному счету, как показало исследование Health Affairs .) Для плановых операций у пациентов часто есть время, чтобы выбрать сетевых поставщиков, но, похоже, это не имеет значения».
    • «Это пациенты, которые на самом деле выбирают своего хирурга и свою больницу, поэтому удивительно, что, несмотря на то, что мы сузили его до людей, которые действительно сделали свою домашнюю работу, мы все еще находим тот же уровень [как для неотложной помощи]»,  говорит д-р Каран. Чабра, ведущий исследователь и хирург-резидент Brigham and Women’s Hospital. Исследование показало, что большинство неожиданных счетов приходят либо от анестезиологов, либо от ассистентов хирургов, которых пациенты обычно не выбирают.
    • «Эти новые результаты подтверждают распространенность проблемы и согласуются с более ранними выводами о неожиданном выставлении счетов за медицинские услуги. Анализ данных за 2017 год, проведенный Kaiser Family Foundation, показал, что примерно 1 из 6 пациентов неожиданно получает счет за услуги вне сети после посещения отделения неотложной помощи или пребывания в стационаре.
    • Они также дают более четкое представление о проблеме. Уровень неожиданного выставления счетов колеблется от 3% в Небраске до 46% на Аляске. А люди, купившие индивидуальную страховку на бирже штата и на федеральном уровне, имеют более высокие, чем в среднем, показатели неожиданного выставления счетов — наряду с теми, у кого есть хотя бы одно хирургическое осложнение, чей риск выше на 7 процентных пунктов.

    Добавить комментарий

    Ваш адрес email не будет опубликован.